– Только бы с ней все было хорошо, – вслух подумала Надежда.
– Надюша, я дозвонился до Юры, – сообщил подошедший Владимир Иванович. Он обещал через час-полтора подъехать. А пока пойдем-ка перекусим. Заодно и успокоишься – на тебе лица нет!
– Владимир Иванович, я успокоюсь только, когда Иринка найдется!
– Надя, возьми себя в руки! Тебе, вероятно, придется некоторое время побыть в Москве, предпринять какие-то шаги. Юра тебе поможет. Если нужна наша помощь, то и мы с Германом останемся. Хотя, думаю, что наше участие не имеет смысла – тебе будут помогать профессионалы. Но, на всякий случай, держи нас в курсе. А сейчас пойдемте-ка пообедаем!
Обедали в ресторане на втором этаже. Есть Надежде совершенно не хотелось. Через силу, не ощущая вкуса, съела солянку. На второе блюдо сил не хватило. Выпила апельсиновый сок, который показался ей чересчур кислым.
После обеда вышли в холл. Надежда все еще ждала, что Ирина появится, но начальник службы охраны рассеял ее ожидания, сказав, что «никто из интересующих лиц в гостиницу не возвращался».
Через некоторое время к партийцам подошел мужчина спортивного телосложения, роста где-то под метр восемьдесят, широкоплечий, лет около сорока, в джинсах и в синей, в белую с красным полоску, рубашке «поло». Чуть заметная проседь поблескивала в густой темно-русой шевелюре мужчины. Мужественные черты лица, четкая линия губ. Синие глаза с задорными искорками приветливо смотрели из-под густых бровей. Аккуратно подстриженные усы – тоже с легкой проседью.
«Опять усы, – подумала Надежда, – Сереги нет, а то не избежать бы его шуток».
Мужчина радостно обменялся с Владимиром Ивановичем дружеским рукопожатием, по-свойски хлопнул его по плечу.
«Какой симпатичный… бабник, наверное, – подумала Надежда и тут же устыдилась своих мыслей, – что же я так плохо думаю о людях-то! …Порядочный, наверное, человек… милиционер… с усами… да и женат он, скорее всего. Такие мужчины свободными не бывают…»
– Надюша, вот это Юрий Петрович, о котором я тебе говорил, – представил его Владимир Иванович.
– Можно просто Юрий, – представился мужчина бархатным баритоном, глядя на Надежду с ослепительной улыбкой. Морщинки-лучики у глаз делали его улыбку еще более приветливой и дружелюбной.
– Надежда, – пролепетала она и попыталась улыбнуться, но улыбка у нее получилась вымученная и какая-то виноватая.
Юрий Петрович задержал взгляд на Надежде, лицо его при этом выражало, как ей показалось, крайнюю степень удивления.
«Неужели я так плохо выгляжу? – подумала она с ужасом, – Кошмар! Стыдно-то как! Надо с этим уже что-то делать, брать себя в руки как-то, а то скоро прохожие начнут от меня шарахаться…».
– Ну, что у вас стряслось? – без лишних вступительных разговоров перешел к делу Юрий Петрович, и взгляд его синих глаз стал серьезным и пронизывающим.
«Не взгляд, а ультразвуковая дефектоскопия, – подумала Надежда, – наверное, это у него профессиональное, и, наверное, он видит всех насквозь. Надо следить за своими мыслями и ни о чем ЭТАКОМ не думать…».
– Надюша, Юра работает в главном следственном управлении. Заведует отделом… специальным… забыл, каким отделом, Юра? – спросил Владимир Иванович и не стал ждать ответа, – а, не важно, все равно ему повышение грозит! Полковника буквально на днях получил! Даже обмыть звездочки не успел еще. Героическая личность, между прочим! Награды имеет и ранения! Борется с преступностью, этсамое, под пулями! В газетах про него пишут!
– Володя, да ладно тебе! Отклоняешься от темы, – забавно смутился Юрий Петрович.
– А что в этом плохого? Не надо стесняться собственных подвигов и заслуг! Ты же, наверняка, стал бы уже генералом, если бы соблюдал указы Петра Первого!
Мужчины засмеялись. Надежда почувствовала себя неловко, не понимая, о чем речь.
– Надюша, ты знаешь, что несоблюдение некоторых указов Петра Первого и в наше время чревато последствиями? – спросил Владимир Иванович.
– Да нет, не знаю. И каких же именно указов? – не боясь показаться невеждой, откровенно ответила она.
– Володя, ну кому это интересно? Давай лучше сразу к делу, – Юрий Петрович попытался перевести разговор в другое русло.
– Есть такой реальный исторический указ Петра, – невозмутимо продолжал Владимир Иванович, – который гласит, что «подчиненный перед лицом начальствующим должен иметь вид лихой и придурковатый, дабы разумением своим не смущать начальства».
– А, ну что-то такое читала однажды! У кого-то из высокого начальства в приемной, – сказала Надежда. Она действительно видела этот текст, напечатанный крупным шрифтом, в каком-то кабинете на стене – здесь, в Москве – только вот сейчас не могла припомнить – в каком именно.
– Так вот, если бы Юра следовал этому указу, то очередное звание ему могло быть присвоено гораздо раньше! Но… принципиальность – его второе Я! Иногда это ему выходит боком.
Юрий Петрович Михальцов за многие годы службы успел поучаствовать в расследовании многих громких дел, в том числе – связанных с похищением людей и взятием заложников. Неоднократно был представлен к наградам. И, возможно, мог бы добиться более значительных успехов в карьерном росте, если бы не его прямота и бескомпромиссность, а также – вредная привычка говорить правду в глаза, даже начальству.
– А, между прочим, к прежнему званию – подполковника – Юра был представлен досрочно, за особые заслуги! За проявленное мужество и героизм!
– Да что об этом говорить, Володя, – снова смутился Юрий Петрович, – это отдельная история.
– Юра попробует нам помочь, Надюша. Ты можешь ему доверять, как самой себе, – сказал Владимир Иванович, – или, допустим, как мне.
– Володя, ну так кто у вас пропал? – спросил Юрий Петрович.
Для дальнейшей беседы все устроились на кожаном диване в относительно тихом и уютном уголке большого холла. Рассказали во всех подробностях о вчерашнем дне, отвечая на конкретные вопросы Юрия Петровича.
– Может быть, девушка вчера познакомилась с этим мужчиной и они заранее договорились о встрече? – спросил Юрий Петрович, когда все уже было рассказано, – откуда он взялся, брюнет-то этот?
– Она почти всегда была под моим присмотром, или вместе с нашими знакомыми, когда гуляли по Москве – ответила Надежда.
– А ведь она выходила из зала заседаний! – вспомнил Владимир Иванович, – она сидела в одном ряду с нами. Точно, выходила! Она отсутствовала около часа, но я не придал этому значения. Мало ли куда может выйти девушка! Даже и в мыслях не было поинтересоваться! Даже и нетактично, этсамое, как-то, – закончил виноватым голосом Владимир Иванович. В этой фразе его обычное «этсамое» подчеркивало его чувство вины.
– Конечно! Да и кто мог подумать, что так все получится, – согласилась Надежда, – а вчера утром она была на заседании молодежной организации. Надо и за это время записи посмотреть.
Юрий Петрович прошел в сопровождении Надежды и Владимира Ивановича в службу охраны, все вместе внимательно просмотрели отрывки видеозаписи с камер наблюдения, где запечатлены перемещения Ирины со спутником.
Просмотрели и записи за тот день, когда проходили заседания съезда. Ирина действительно выходила из зала, и появилась через час и десять минут. Просмотр записей за время заседания молодежной организации не дал ничего интересного.
Куда она ходила во время заседания? Это необходимо было выяснить. Пришлось полистать записи с некоторых камер наблюдения в день съезда. В зоне охвата одной из камер наблюдения промелькнула стройная фигурка Ирины, но она была одна. Просмотрели несколько записей по ходу ее следования, выяснили, что Ирина действительно несколько минут беседовала с тем самым брюнетом…
Полковник попросил сделать копии видеозаписей, которые могли понадобиться для следствия, также по его просьбе были распечатаны несколько кадров, где наиболее четко отображались лица Ирины и ее спутника.
– Скорее всего, они заранее договорились о ночной встрече, – предположил Юрий Петрович, – Ирина не просто так ушла ночью из номера, он ее, скорее всего, уже ждал.
– Но ведь они не встречались больше! – удивленно возразила Надежда.
– Могли созвониться, – предположил полковник, – и, она, наверное, не хотела об этом распространяться.
Еще один момент стал поводом для волнения: не удавалось пока выяснить, останавливался ли спутник Ирины в гостинице, или приходил сюда по каким-то делам. Никто из дежурных администраторов его не видел среди посетителей, заселяющихся в гостиницу.
– Надежда, Вы размещайтесь в гостинице и ждите моих звонков, – сказал Юрий Петрович тоном, не допускающим возражений, – ни во что не вмешивайтесь. Инициативы не проявляйте. Я еду в управление, займусь выяснением личности нашего жгучего брюнета. Кажется, где-то мне встречалось его лицо. Очень возможно, что он имеет отношение к криминальному миру.
